RSS | PDA | Архив   Среда 22 Ноябрь 2017 | 1433 х.
 

Ислам в политике: идеологии больше чем прагматизма

22.05.2013 15:38

14-15 мая 2013 года в г. Марракеш (Королевство Марокко) состоялась конференция «Ислам в политике: идеология или прагматизм?», организаторами которой выступили Международный дискуссионный клуб «Валдай», Институт востоковедения РАН и РИА Новости.

На международную конференцию в Марракеше собрались видные западные эксперты, российские востоковеды, политики и эксперты из стран арабского мира и Ирана, представляющие разные, порой откровенно враждебные политические силы. Одной из особенностей дискуссии стали, к разочарованию собравшихся интеллектуалов, постоянные пикировки между собой светских либеральных и исламских сил, представляющих одну и ту же страну (в частности, Египет, Палестину).

В ходе все более жарких полемик обострялись разногласия между самими исламистами (здесь и далее используется русский перевод арабского термина «исламийун», с которым были вполне согласны все участники данной дискуссии). Последние были представлены минимум тремя пластами – салафиты, «Ихван аль-муслимин», включая особое их ответвление в лице палестинского движения ХАМАС, и иранцы. Дискурс исламистов, увы, не выходил за рамки теоретических, чисто теологических постулатов. Безусловно, в их словах было свое понимание действительности, от отсылок к крестоносцам и Салахуддину аль-Айюби до неприятия сионизма, от коранических приказов по защите прав разных религий до хадисов относительно прав женщин. И все же эксперты пытались услышать ответы на практические вызовы сегодняшнего дня, а этого почти не было. Каждая из партий и представители разных стран словно убеждали слушателей, а прежде всего самих себя, в том, что  именно их модель наиболее подходящая для выхода из идеологического, экономического и политического кризиса, поразившего страны Ближнего Востока. Среди первопричин такого кризиса назывались, как правило, авторитарные диктатуры, правившие в странах региона до событий арабской весны, а также политика Израиля. И все же сложилось впечатление, что долговременной концепции развития своих стран и регионов у исламских партий арабских стран не существует.

Наиболее примитивным показался концепт египетских салафитов. Чуть интереснее или, точнее, живее, были мысли, изложенные Усамой Хамданом из движения ХАМАС. Еще больше прагматизма звучало в речах регионального руководителя партии «Свобода и справедливость», которая является политическим крылом «Братьев-мусульман» Египта. Наконец, наиболее четко отвечали на вызовы и ответы западных и российских экспертов представители Ирана. Однако и в последнем случае спикеры не выходили за рамки одной модели – в данном случае иранской.

Между тем аналитиков из разных стран, активно изучающих Ближний Восток, интересовали вполне конкретные ситуации и проблемы, имеющие место в странах региона. Их поддерживали светские эксперты, журналисты, философы и политики из арабских стран, хотя большинство из них также руководствовались сугубо местными, на уровне одной страны, проблемами.

Дискуссия была чрезвычайно интересной, но показала неготовность исламских политических сил не только пойти на компромисс с западным миром в вопросе понимания демократии и прав человека, но и на дружеские или союзнические отношения друг с другом. Иран наряду с Россией постоянно назывался одним из виновников сирийской гражданской войны почти всеми арабскими спикерами - как исламскими политиками, так и светскими экспертами. Как оказалось, даже «Ихваны» Египта не готовы подружиться с иранцами, а салафиты Египта не желают выйти за рамки своей сектарианской позиции и поддержать инициативы «Братьев-мусульман». Всем им очень трудно найти единую позицию со светскими партиями Египта и тем более с экспертным сообществом стран Запада.

В этой какофонии особый интерес вызвал сам факт того, что российские организаторы смогли собрать за единым столом столь разные и порой полярные силы. Несмотря на то, что почти каждый из выступавших арабов считал нужным попенять России за ее поддержку режима сирийского президента Башара  Асада, тем не менее, подспудно каждый из них осознавал, что ни они сами своими силами, ни западные страны не смогли бы собрать столь разношерстную публику  воедино.

Российские мусульмане многими воспринимаются тоже как субъект сложной системы взаимоотношений между различными слоями обществ в диапазоне от пятой колонны или внутреннего врага и до прекрасного инструмента народной дипломатии. В зависимости от оценки роли российских мусульман варьируются и прогнозы для России по исламской линии, но разброс мнений едва ли позволяет выработать более или менее консолидированный подход к этой теме.

Безусловно, проблема исламизма, то есть ислама в политике, настолько глобальна и сложна, что ее трудно разрешить в рамках одной встречи, пусть даже на нее собрались крупные эксперты по Ближнему Востоку.  Многие выступающие отмечали, что за исламскими партиями, оказавшимися у руля власти в ряде стран региона, заинтересованные наблюдатели смотрят с особым пристрастием. Те ошибки и недочеты, которые вполне сойдут с рук обычному светскому режиму, будут поставлены в вину исламистам громогласно и на глобальном уровне. Понимают ли это сами представители политического ислама? Даже если и понимают, выводы каждый из них делает свой собственный. Увы, немногие из них могут сказать что-то более привлекательное для экспертов, нежели ритуальные формулы типа «на все воля Аллаха».

По результатам встречи сложилось впечатление, что раскол арабского общества, в частности в Египте, происходит не столько по линии «исламисты – либералы», сколько по возрастным границам. По крайней мере, светские партии и мыслители были представлены в основном представителями более старшего возраста, нежели исламские политические силы. Однако, скорее всего, такое впечатление – ложное. Просто исламский мир, прежде всего в его арабской части, попал в зону турбулентности, как выразился Усама Хамдан, и результаты этого процессы неизвестны пока никому.

Ни у одной стороны нет готовых ответов и готового видения проблемы, в отличие от предположений конспирологов. Ни Запад, ни Америка, в частности, не знают, что будет с политическим исламом завтра. Но, в отличие от экспертов из других частей мира, западные аналитики внимательно отслеживают происходящие процессы и делают из этого свои выводы – выводы, которые впоследствии используются всеми структурами в странах Запада, от общественности и ученых до спецслужб и дипломатов. Насколько следует этому примеру Россия – сказать сложно, поскольку  у нашей страны имелись прекрасные отношения с правящими режимами в ряде стран арабского мира, но нет никаких контактов с оппозицией, включая исламскую оппозицию, которая, возможно, окажется к власти сегодня-завтра в некоторых странах региона. А вот США и страны ЕС, напротив, давно и довольно успешно ведут продуктивный диалог с разными ветвями оппозиции – например, с теми же «Ихванами», результатом чего становятся новые уровни межгосударственного партнерства после прихода этих сил к власти.

Возможно, некоторые вновь и вновь скажут: Россия далека от арабского мира и не следует ей окунаться с головой в этот регион, полный внутренних противоречий. Однако аналогичная ситуация с политическим исламом вполне может повториться в странах, гораздо более близких к России, а именно в регионе Центральной Азии. Об этом тоже говорилось на встрече клуба «Валдай». Как будет реагировать Москва на ситуацию, которая может сложиться на ее южных границах в будущем – силой, дипломатией постфактум или превентивными мерами, включая диалог со всеми политическими силами этих стран? Ясности, опять же, не существует. Более того, мы видим, как легко манипулируют терминами и исходными данными целый ряд экспертов, не говоря уже о самозваных псевдоспециалистах по исламу. Так, Исламская партия Таджикистана в наших СМИ и публицистике приравнивается к радикальным силам, в то время как ее председатель Мухиддин Кабири напротив, заявляет о сдерживающей силе своей партии по отношению к действительным религиозным  радикалам.

Наверное, здесь можно и нужно спорить как о терминах, так и о концептах. Но в любом случае ситуация должна обсуждаться, и без привлечения самих этих исламских сил сделать это объективно будет невозможно. Проведет ли такую работу клуб «Валдай», или Институт востоковедения, или любой другой общественно значимый экспертный центр – не суть важно. Главное, чтобы Россия заранее могла выбрать для себя такой сценарий из множества возможных, который станет наиболее стабильным и стабилизирующим в сложном, бурлящем котле противоречий в нынешнем, стремительно меняющемся мире. Российские мусульмане, в свою очередь, являются самой заинтересованной стороной в том, чтобы мир и безопасность на южных границах нашей страны стали господствующим трендом на длительный исторический период.

Дамир Хайретдинов

Ректор Московского исламского университета

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/analytics/expert/27582/">ISLAMRF.RU: Ислам в политике: идеологии больше чем прагматизма</a>