RSS | PDA | Архив   Суббота 18 Ноябрь 2017 | 1433 х.
 

Вопросы религиозной самоидентификации в творчестве татарского писателя Аяза Гилязова (1928-2002)

25.02.2013 16:46

В условиях тотального хрущевского и постхрущевского наступления  на религию в советском государстве в 1950–1970­е гг. целая группа писателей­деревенщиков (В. Распутин, В. Белов, В. Астафьев) в основу своего творчества положила религиозные ценности, чаще всего – в их народно­стихийном выражении. Особое место в этом ряду занимает классик татарской литературы, народный писатель Татарстана, лауреат Госпремии РСФСР им.Горького и Татарстана им. Г.Тукая Аяз Гилязов. Сын учителя и потомок семьи имамов, воспитанный на образцах народной нравственности, основанной на мусульманском менталитете, он с благоговением относился к мусульманским традициям, к вере.

 

 

Творчество А.Гилязова представляет собой целостное явление, сплав, которым в основном и обусловлена его эволюция. С детства он был знаком с устойчивой мусульманской религиозностью, идущей от дедушки Сулеймана и бабушки Зулейхи, которых он увековечил в повести «Рана». Классик татарской литературы в письмах и дневниковых записях не раз высказывает сожаление по поводу того, что ему довелось получить атеистическое воспитание в советских учебных заведениях. Писатель был уверен в том, что человек должен проникнуться верой в Бога в раннем детстве, «когда чувства еще девственно чисты»: «Бог должен проникнуть в сознание человека, когда его душа еще едва распустилась».

 

Книги А.Гилязова вызывают доверие, нестареющая совесть и «незамаранная» честь художника всегда в союзе с выверенным словом. Читающего его произведения не покидает ощущение, будто бы не одна, а несколько жизней прожито писателем; в этом – секрет его творчества, в этом совпадении сложной жизни писателя с судьбой народа, разгадка его силы.

 

Многие его произведения показывают, что писатель органически усвоил народные представления об исламе. Лишенные догматической точности, они, тем не менее, зачастую глубоко и правильно отражают сущность мусульманских воззрений на человеческую жизнь.

 

А.Гилязов с трепетом относился к Священной книге мусульман: «В Коране… сокрыто будущее человечества. Человек всю свою жизнь будет стремиться постигнуть тайны, сокрытые в этих книгах». «Если человек по­настоящему захочет понять себя, ему на помощь может прийти только религия! … Все мы живем на волнах призыва к религии, произнесенного еще пророками Исой, Мухаммедом» («Давайте помолимся», 1991–1993).

 

Важную роль в духовном возрождении татар, по мнению А.Гилязова, играют и писатели. «Мы любим часто повторять “свет веры”, но не в силах пока создать литературные произведения, прочитав которые, представители других наций осознали бы своеобразие духовного мира носителей этого “света веры”», – высказывает свою озабоченность А. Гилязов в романе «Давайте помолимся!». «Если мы решим создать национальный характер в произведениях, посвященных прошлому, мы не сможем обойтись без Корана, религии. Как сильны были верой татары, не знающие ничего о марксизме и не понимающие его! Как можно писать о душе народа, не зная, чему он поклоняется?». Татарский писатель восхищается тем, с каким мастерством русский классик Ф.М. Достоевский показал, как на фоне других заключенных выделяются узники­мусульмане внутренней красотой души, озаренной «светом веры».

 

В письме к классику татарской литературу Ибрагиму Салахову А.Гилязов в 1989 году выражал надежду на то, что новое поколение татарских писателей создаст литературные произведения, которые раскроют роль ислама в истории и жизни татар, в сохранении нации. Сам А. Гилязов сполна выполнил свой писательский долг, создав целый ряд произведений, проникнутых этой идеей: «В тени большой улицы» (1959), «Медный колокольчик» (1959), «В пятницу, вечером» (1979), «Рана» (1981–1988),  «Тоньше струны, острее меча» (1988), «Давайте помолимся!» (1991–1993). Уже семантика названий говорит сама за себя.

 

Постепенно подтекст присутствия религиозного сознания персонажей и автора становится определяющим в его творчестве. Мусульманский подтекст присутствует во всех произведениях писателя. В 1950­е гг., в условиях, когда руководство страны ориентировало молодых писателей на создание произведений, «отражающих своеобразие жизни в республике, воспевающих трудовой подвиг нефтянников», «строящих новую жизнь людей труда», А.Гилязов обратился к разработке образа мусульманского священнослужителя (очерк «В тени большой улицы» (1959), пьеса «Медный колокольчик» (1959)). Молодой писатель осмелился поделиться с читателями своими размышлениями о духовном облике религиозных деятелей. Писатель  наделяет образ «жомга» ритуальной функцией сохранения единства нации. В пьесе поднимается проблема настолько острая, что ее невозможно было решить, «не задевая глубинных пружин общественной жизни».

 

В повестях «Один», «Беглянка», «Три аршина земли», написанных на волне хрущевской «оттепели», А.Гилязов постоянно указывает на присутствие религиозного сознания у персонажей: «голос крови» у старушки Махибадэр в повести «Один», имена и названия в повести «Беглянка», мотив греха и покаяния и мусульманская обрядность в «Трех аршинах земли».

 

В повести в «Пятницу, вечером…» (1972–1979) А.Гилязов воспевает ценности мусульманской культуры, призывает своих современников подхватить ускользающую нить национального бытия. В рукописи повести сохранились строки, проливающие свет на тайну смерти главной героини Бибинур в то время, когда закончилось священное врямя пятницы: «Эх, не удалось ей жить, постичь суть обрядов, жить, соблюдая обряды. Ее жизнь не уместилась в обряд. Если ей еще отведено жить, она бы так не спешила...». Бибинур не удалось противостоять ветрам эпохи, ее дети оторвались от национального уклада жизни и превратились в «карабаев» – манкуртов, забывших о долге перед матерью, родиной, предками.

 

В повестях «Рана», «Петух взлетел на плетень» писатель воспевает красоту и гармонию патриархального мира. В тексте повестей появляются и постепенно усиливаются мотивы распада и гибели идиллического мира крестьянской общины. Длительное время деревне удавалось оставаться благословенным уголком, противостоящим веяниям чужбины, мира вне деревни, ассоциирующейся с сутолокой, духотой.

 

В романе «В чьих руках топор» (1988–1989) А.Гилязов восхищается нашими предками, которые после падения Казанского ханства от рук Иван Грозного в 1552 году, несмотря на унижение, горе и страдания, павшие им на голову, не растворились среди христианского окружения. Писатель был уверен, что татары не утратили единства, сохранили национальную самобытность в этот драматичный период своей истории не только благодаря языку, но и благодаря религии – «опоре нации».

 

Жемчужиной творчества А.Гилязова стал роман «Давайте помолимся!». Прежде чем написать это произведение, писатель полгода просидел над Кораном. На страницах романа А.Гилязов сформулировал для своих современников своего рода кодекс татарского образа жизни, в котором он ратует за сохранение родного языка – ключа национальной культуры, национальной памяти, обеспечивающей единство нации, национальных традиций, которые становятся духовной опорой в эпоху «безвременья». Не раз на страницах романа автор повторяет, что Ислам для татар не просто религия, а образ жизни. Это сила, объединяющая татар.

 

На протяжении двух десятилетий А.Гилязов работал над романом «Тоньше струны, острее меча», который так и остался незавершенным, в нем ключевой проблемой стала проблема обретения религиозной идентичности.  «Эпоха изменила людей. Исчезли традиции, характерные для прошлой жизни, а новые не появились; испортились отношения между родителями и детьми», – констатирует Сахип­хазрет. Ему вторит его односельчанин Егор: «Ныне с полной уверенностью можно сказать, что отец сына не признает, а сын отца­матери не знает». А.Гилязов развенчивает благополучное существование «высшего эшелона советских граждан». Государство, заставив отказаться от вековых традиций, погрузило советский народ в пучину лжи и обмана, фальши и лицемерия, карьеризма и корысти. Чтобы показать масштабы нравственной катастрофы, автор в романе воссоздает жизнь трех поколений советских граждан.

 

Аяз Гилязов создал картину быта татар второй половины XX  века. На примерах своих героев он показал, что морально­нравственные и культурные основы нашей нации неразделимо связаны с религией ислама, отход от нее обозначает духовную гибель. Эти уроки должны быть усвоены и восприняты в новом тысячелетии.

 

  Милеуша Хабутдинова,

кандидат филологических наук

Газета "Медина аль-Ислам"

 

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/culture/history/26339/">ISLAMRF.RU: Вопросы религиозной самоидентификации в творчестве татарского писателя Аяза Гилязова (1928-2002)</a>