RSS | PDA | Архив   Пятница 24 Ноябрь 2017 | 1433 х.
 

На родине царицы Савской и глиняных небоскрёбов

26.02.2009 14:42

  Ночной туман, спустившийся с гор, еще обволакивал улицы города, когда в предрассветные часы мы отъехали от дверей гостиницы города Саны – столицы Йемена. Так состоялся старт моей поездки на автобусе вместе с группой россиян: этнографов и археологов. Ее маршрут пролегал с севера страны на юг, к Аденскому заливу, через провинцию Хадрамаут. Нас сопровождали йеменские коллеги: ученые и представители министерства информации.

 

Сана, находящаяся на высоте более двух тысяч метров над уровнем моря, окружена остроконечными вершинами со всех сторон. Поэтому, едва выехав за город, мы сразу окунулись в мир суровой природы горного края, впечатляющего своей дикой красотой и величием.

 

Дорога петляла серпантином в каменном царстве с серыми крепостными стенами, башнями и бастионами самой причудливой формы. Временами горы раздвигались и взору открывались затертые хребтами плодородные ложбины с зеленью ухоженных полей, рощами кофейных деревьев, манго и других тропических культур.

 

Мы пересекали так называемый «зеленый Йемен». Этот край щедро орошался муссонами, и крестьяне с незапамятных времен с помощью оросительной сети ставили на свою службу бурные потоки, приносимые дождями.

 

Брэндом страны было выращивание благовоний. В античные времена о богатствах местных владык, державших в своих руках экспорт и транзит этих баснословно дорогих товаров, ходили легенды. Древние историки называли этот край «счастливой Аравии».

 

Римский историк Плиний в 1 веке нашей эры с неудовольствием писал, что Аравия «выкачивает миллионы из нашей империи, вот во что обходится наша роскошь и наши женщины». Греция и Рим зарились на этот район. Великий полководец Александр Македонский после похода в Индию хотел послать солдат юг Аравии, и только смерть помешала его планам.

 

С этим краем связан библейский рассказ о царице Савской, «которая, услышав о славе Соломона, пришла испытать его загадками. И пришла она в Иерусалим с весьма большими богатствами: верблюды навьючены были благовониями и великим множеством золота и драгоценных металлов».

 

Была ли царица Савская, трудно доказать или отрицать. Однако то, что на протяжении тысячи лет здесь веками существовало Сабейское царство или страна Шеба, подтверждено в Библии и Коране и многочисленными памятниками открытыми и описанными археологами.

 

По словам моего спутника, местного археолога, выпускника Санкт-Петербургского университета, доктора Абдельраззака аль-Маамари, Балкис - одна из местных цариц, правивших здесь, скорее всего запечатлелась в образе царицы Савской.

Маршрут нашей поездки пролег в Маариб – древнюю столицу этого государства, где мы осмотрели главный архитектурный памятник- храм по имени «Трон Билкис». Это святилище с геометрическими формами и квадратными в сечении колоннами сооружалось между 1Х и У веками до нашей эры.

 

Здесь мы увидели остатки плотины в Марибе, одной их самых древних сооружений подобного типа в мире. Археологи считают, что она существовала на протяжении тысячи лет и в 6 веке нашей эры ее длина составляла более 600 метров.

 

В конце того же века дамба была разрушена мощным наводнением. В Коране это представлено как проявление гнева и кары Божьей.

 

На нашем пути встречались небольшие горные селения и городки с пестрыми базарами на площадях, где крестьяне торговали продуктами своего труда. Повсюду, где стоило остановиться, к нашему автобусу подходили группы любопытных местных жителей, в основном детей и подростков. Иностранцы в этих горных местах не частые гости.

 

Неторопливо подтягивались и взрослые мужчины, в основном люди худощавые, небольшого роста. Их одежду составляла либо длинная белая рубаха - дишдаш с рукавами, без воротника, либо мужские клетчатые юбки - фута с курткой. На голове тюрбан из повязанного шарфа обычно в мелкую красную клетку.

 

Каждый был подпоясан широким кожаным поясом, за который заткнут широкий кривой кинжал - джамбия с ножнами и рукояткой, покрытыми орнаментом. Он считается обязательным аксессуаром горцев. У многих за плечами висели автоматы Калашниковы. На ногах - грубые кожаные сандалии, которые своим шарканьем отпугивает змей или скорпионов. При встрече знакомые мужчины обычно обнимались или прижимались щекой.

 

По аскетичным, обожженным аравийским солнцем лицам можно было судить, что местное население не избаловано комфортом, привыкло довольствоваться малым, переносить тяготы климата и жизни в горах.

 

Их внешняя сдержанность вовсе не означали недоброжелательности. Жители охотно вступали с нами в разговор. Заметив камеры, не отворачивалась, с достоинством позировали, а услышав благодарность за снимок, приветливо махали рукой.

 

Только местные женщины, закутанные в глухие черные покрывала, с лицами, скрытыми платками и узкими прорезями для глаз, спешили отвернуться от нацеленного объектива.

 

По мере нашего продвижения вглубь страны населенные пункты стали попадаться реже. На одном из КПП в наш автобус подсел вооруженный пограничник, которого у следующего поста сменял другой. На каком-то участке нас остановили военные, долго проверяли документы, а затем приставили для сопровождения джип с несколькими солдатами и расчехленным пулеметом.

 

Как объяснил мне сотрудник министерства информации, в этом районе месяцем ранее люди из местного племени захватили группу немецких туристов, проезжавших по их территории. Властям после переговоров с шейхами племени, державшего заложников, удалось добиться освобождения туристов за выкуп. Поэтому эту местность сегодня особенно тщательно охраняют, когда проезжают иностранцы.

 

Далее, к югу, горные цепи на глазах расступались, уступая место плоскогорьям и сухим долинам, обрамленным невысокими холмами. Причем высота их была почти одинакова, и создавалось впечатление, что какой-то исполин срезал гигантским ножом их на одном уровне.

 

Смена пейзажа означала, что мы вступили в Хадрамаут -крупнейшую провинцию страны с особыми природно-географическими условиями и индивидуальным этнокультурным обликом.

 

Она простирается вдоль Индийского океана, несет отпечаток разных цивилизаций и еще мало исследована. Когда-то через нее к Красному морю проходили маршруты караванной торговли благовониями, к которым местные племена не подпускали чужаков.

 

Затем эта торговля захирела, но область по-прежнему жила в полной изоляции, так и осталась белым пятном для европейских пришельцев. Еще в 1935 году британская путешественница Фрея Старк, намеривавшаяся пройти по старинной дороге ароматов, не смогла это сделать по причинам безопасности.

 

Климат Хадрамаута – сухой, с запредельно высокими температурами летом. Провинция изрезана глубокими ущельями - результат мощной эрозии. Одна из самых длинных вади под названием Дауэйн тянется здесь на десятки километров.

 

Мы подъехали к краям этого вади и остановились у обрыва глубокой пропасти, вызывающей неприятный холодок. На ее белесом, прокаленном солнцем дне виднелись зеленые клочки кустарников. Дома, которые сверху казались спичечными коробками, были построены в местном стиле грозных башен с бойницами.

 

Как рассказали местные старожилы, фанаты- любители полетов на воздушных шарах из Европы выбрали это место для своих ежегодных тусовок. Они стартуют с краев головокружительной пропасти и парят над местностью. Рядом французская фирма строит отель для любителей экологического туризма. Вади Дауэйн внесен в список объектов мирового культурно-природного наследия.

 

Другая реликвия в этом списке - местные глиняные небоскребы, которых называют «пустынным Манхэттеном». Наиболее известные из них - это 9-10- этажные здания в форме правильных параллелепипедов высятся в в городе Шибам.

 

Внутрь города мы попали через единственные ворота в старинной крепостной стене. Такие высокие дома стали строить пять веков назад. Местный житель объяснил, что они сложены из кирпичей, изготовленных из глины и нарезанной соломой. Бросилась в глаза тщательность кладки: глинобитные стены были так отшлифованы, что создавали впечатление зданий, сложенных из монолитных блоков. Дома были тесно прижаты друг к другу, в узких промежутках между ними едва проезжала легковая машина.

 

Конечно, лифтов в них нет, но электричество проведено, на крышах виднелись телевизионные тарелки. Частенько можно видеть, как из окон верхних этажей на веревках спускали корзинки к открытым внизу бакалейным лавкам.

 

Отличительная деталь домов - почерневшие массивные двери, украшенные резьбой, со старинными замками, сработанными из дерева. Ключи к ним по форме напоминали зубную щетку с деревянными зубьями вместо щетины.

 

В одной из лавок сувениров я разговорился с местным ремесленником 33-летним Абу Бакром Амаром. Он сетовал, что молодежь нынче не хочет корпеть в мастерской и заниматься старинными промыслами, а стремится уехать куда-нибудь на заработки. Впрочем, добавил собеседник, многие хадрамаутцы издавна отправлялись на поиски лучшей доли в чужих краях, добирались до Индии, Цейлона, Явы и Суматры.

 

За несколько веков там возникли колонии йеменских торговцев. Те, кто сделал состояние заграницей, пересылал средства домой, на них и строились небоскребы в Шибаме.

 

Сегодня многочисленная диаспора хадрамаутцев живет и работает в соседней Саудовской Аравии. Среди них есть миллионеры, процветающие банкиры и предприниматели, в том числе и семья Бен Ладена. Ведь отец Усамы Бен Ладена родом из селения неподалеку, а его сын родился уже на саудовской земле.

 

Из города небоскребов отправились к другой достопримечательности - храму богини Солнца, раскопанному нашими соотечественниками в рамках совместной советско-йеменской комплексной археологической экспедиции. Она стартовала в 1982 году, с тех пор наши ученые сделали много открытий, проливших свет на историю древних государств. Это - царства Саба, Катабан, Хадрамаут с городами, высокой культурой и оригинальным зодчеством.

 

Языческий храм, к которому мы подъехали, действовал на территории оазиса по имени Райбун и относится к концу II-1 тысячелетия. По нагретому солнцем песку вместе с доктором аль-Маамари подошли к остаткам сооружения: хорошо сохранившимся остаткам мощных стен, сложенных из каменных блоков. Внутри увидели фрагмент алтаря - массивного круга из гранита, на котором совершался ритуал приношения животных в жертву.

 

Археолог поднял с земли глиняный обломок с насечками. Он оказался оригинальной деталью декора храма. Другие материальные свидетельства той далекой эпохи - тонкие и острые каменные пластинки в изобилии валялись вокруг. Как объяснил ученый, это вкладыши, которые крестьяне вставляли в деревянные серпы и жали ими пшеницу.

 

Вообще, заметил Аль-Маамари, территория Йемена без преувеличения настоящий рай для археологов. Стоит копнуть практически в любом месте, в любом селении, как наткнешься на предметы древней культуры.

 

Для жилищ обычно подбирались места, наиболее подходящие для обороны от нападений. Поэтому расположение домой на протяжении веков почти не менялось. Новые - воздвигались на старых фундаментах. Поэтому материальные свидетельства разных эпох накапливались в земле. К сожалению, заметил мой собеседник, этим пользуются черные копальщики, которые нелегально вывозят найденные реликвии из страны, а власти не в силах поставить этому заслон.

 

Отъехав от древнего храма, продолжили путешествие. На фоне желто-сероватого ландшафта изредка выделялись оазисы с финиковыми посадками. Притормозили около одного из таких оазисов по имени – Сиф, знаменательного тем, что здесь в 6 веке родился один из крупнейших доисламских поэтов Аравии Имруулькайс.

 

Он происходил из знатного аристократического рода. Пылкий и чувственный Имруулькайс с юных лет увлекся поэзией, был известен любовными похождениями. Отец, считавший такое поведение недостойным для своего наследника, изгнал сына из дома.

 

Изгнанник скитался по пустыне, самозабвенно сочинял свои верши, став знаменитым. Его поэмы –касыды считаются эталоном арабской классической поэзии и нынче входят в программу арабских школ. Они полны ярких метафор и сравнений, посвящены описанию природы, животных, прежде всего верблюдов, отваге соплеменников, красоте возлюбленной.

 

Удивляло, однако, что при проездке этих пустынных районов мы не встречали верблюдов, которых часто воспевал средневековый поэт. И наконец, увидев их небольшое стадо у обочины шоссе, остановились, чтобы запечатлеть на фото их в природе.

 

Однако животные заартачились и разбежались. Тогда шофер автобуса - местный житель взял лепешку, чтобы их приманивать, и гордые корабли пустыни один за другим потянулись к йеменцу.

 

Тогда и мы принялись кормить животных из своих припасов. Те привязались и как ручные стали бегать за нами. Когда угощение иссякло, то животные последовали за нами до автобуса и остановились у его дверей в ожидании добавки. Теперь пришлось нам спасаться от хозяев пустыни.

 

Скоро по дороге стало попадаться все больше автомашин, в основном тяжелых грузовиков, везших трубы и стальные конструкции. Мы приближались к промышленной зоне Адена - второго по величине города Йемена, его крупнейшего экономического центра, расположенного на берегу Аденского залива.

 

Аден - главные морские ворота страны встретил морским бризом, запахом водорослей и отработанной солярки. Его порт с длинными пакгаузами, клювами кранов расположился в кратере потухшего вулкана с крутыми стенами и более или менее ровным дном. Напротив, в естественной впадине, удобной гавани застыли суда.

 

Отсюда открывалась панорама побережья с живописными бухтами, гротами и песчаными пляжами, на которые набегали пенистые волны. На горизонте виднелись силуэты морских транспортов.

 

Здесь сталкивались две стихии: мощное дыхание Индийского океана и знойные потоки из аравийской пустыни, что делало воздух своеобразным коктейлем знойных потоков и высокой влажности.

 

В этом краю сложился особый тип йеменцев: рыбаков и торговцев, отважных мореходов. О вкладе арабов в мировое мореплавание и навигацию, в частности говорит то, что во все европейские языки, в том числе русский вошли морские термины арабского происхождения. Это, к примеру, такие слова, как адмирал, баржа, кабель, бизань, арсенал и другие.

 

Вообще, торговля и ремесленничество в арабском мире – мужское дело, престижные и похвальные занятия, с точки зрения исламской морали. Еще средневековые богословы трактовали, что богатство, нажитое торговлей, признак рассудительности и обширности ума его обладателя.

 

В арабо-исламской цивилизации, по мнению многих востоковедов, торговый обмен занимал особое место. Люди снаряжали караваны в далекие края, отправлялись в далекие морские путешествия за выгодным товаром. Далекие странствования требовали знания географии, техники ведения расчетов и грамоты. Коммерческие экспедиции подвигали на изучение маршрутов и языков, традиций окружающего населения, толкали к познаниям среды и постоянной умственной гимнастике.

 

Арабские купцы пользовались весьма развитыми финансово-банковскими инструментами при торговых сделках. Еще во времена халифата по всей его территории имели хождение безналичные расчеты с помощью чеков (сакк – арабски) или векселей (хаваля). Практика хаваля (отсюда слово - аваль), известная на Ближнем Востоке и в Юго-Восточной Азии веками, остается популярной и ныне.

 

Речь идет о фактически безналичном способе перевода средств, который обычно осуществляют хозяева мелких торговых лавок. Они по просьбе клиента дают распоряжение своим посредникам оперативно выдать требуемую сумму адресату в другой стране или местности. Получив уведомление по мобильному телефону о доставке денег своим адресатам, клиент сразу же рассчитывается с хозяином, оплачивая этом и комиссионные за его услугу.

 

Сегодня Йемен все больше живет современными ритмами. В стране добывается нефть и газ, сооружаются нефтеперерабатывающие и энергетические объекты, хорошие перспективы здесь для развития рыболовства, развития туризма и т.д.

 

В заливе Камар сосредоточены живописные коралловые рифы, мечта любого дайвера. Особый интерес с точки зрения подводной археологии представляет Баб-эль-Мандебский пролив, на дне которого, как нам сказали, покоятся остатки разбившихся о рифы кораблей разных времен и народов

 

Любопытно то, что именно с Йеменом, самой далекой от нас ближневосточной страны, Москва заключила первый договор о дружбе и торговле в арабском мире. В 1928 года в Сане был подписан Договор о дружбе и торговли между СССР и Йеменом.

 

С йеменской стороны подпись поставил исполнявший тогда обязанности министра иностранных дел страны Рагиб-бей. Турок по происхождению, он служил в МИД Османской империи и в начале 20 века работал дипломатом в ее посольстве в Санкт-Петербурге. Там он познакомился с Людмилой Волковой, которую взял в жены.

 

После распада Османской империи и создания независимого Йемена Рагиб-бей перешел на службу в его дипломатическое ведомство и остался жить в Сане вместе со своей русской женой и семьей.

 

Эта лишь один из многочисленных примеров связей и сотрудничества между нашими странами. За последние десятилетия в учебных заведениях СССР и России получили образование более 40 тысяч йеменцев.

 

Как нам сообщили в посольстве РФ, именно советские специалисты обнаружили первые месторождения нефти в Южном Йемене, они построили дороги, порты, ряд важных хозяйственных объектов, у йеменских берегов постоянно занималась промыслом наша рыболовецкая флотилия.

 

Во время поездки я встречал немало йеменцев, которые либо трудились на совместных объектах, либо учились в нашей стране. Особенно запомнилась встреча с видным богословом и преподавателем ряда учебных заведений Йемена с 62 –летним доктором Хасаном Мухаммедом Аль-Ахдалем.

 

В 60-х годах, рассказал он, я учился в школе города Ходейда. Отец умер, и мне пришлось отправиться на заработки. Устроился работать на прокладке шоссейной дороги Ходейда - Таиз, которую вели советские специалисты.

 

Я был молодым парнем, но с амбициями. По совету одного русского инженера поступил на шестимесячные курсы и получил специальность мастера по строительно-земляным работам. С нами занимались двое советских преподавателей.

 

Затем трудился бригадиром на возведении мостов и укладке конструкций. Дальше закончил полную среднюю школу и в 1968 году отправился на учебу в Саудовскую Аравию. Там поменял профессию и по воле Всевышнего стал изучать шариатский закон и стал богословом.

 

Мы не забываем дружеских отношений, которые связывали народы наших стран. Хотим, чтобы эти отношения продолжались и обновлялись, сказал в заключении известный богослов Хасан Мухаммед Аль- Ахдаль.

 

Йемен, пожалуй, единственная страна из традиционных партнеров СССР в арабском мире, где российские компании пока еще не попытались вернуть позиции, утраченные за 1990-ые гг. Однако ситуация постепенно меняется. Представители многих российских компаний приезжают в Йемен «на разведку», хотят понять, какие возможности есть в этой стране.

 

 

Юрий Зинин,

 

Сана-Аден-Москва

Фото Юрия Зинина, совершившего поездку в Йемен в 2007 году.

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/culture/islam-world/7336/">ISLAMRF.RU: На родине царицы Савской и глиняных небоскрёбов</a>