RSS | PDA | Архив   Вторник 21 Ноябрь 2017 | 1433 х.
 

Ислам в Татарстане в первые годы нового тысячелетия.

20.08.2007 09:57

Данная статья посвящена развитию религиозной ситуации в Татарстане, в 2000–2005 гг.

Именно в это время в силу различных причин мне, историку по образованию, защитившему кандидатскую и докторскую диссертации по истории татарского общественного движения в конце XVIII — первой четверти XX вв., пришлось столкнуться с современной мусульманской проблематикой по самым разным направлениям. Следует отметить, что в Казани в годы Советского режима было упразднено как религиозное, так и религиоведческое и исламоведческое образование, в связи с чем в 1990–2000-е гг. кадры специалистов в этих областях складывались преимущественно из историков и философов-обществоведов, занимавшихся татарским общественным движением и историей общественной мысли (ныне последнее выражение почти не употребляется).

Даже в годы перестройки и первые годы новой России Ислам играл весьма незначительную роль и для национального движения и его лидеров и правящей элиты Татарстана. Несмотря на то, что в 1989 г. прошли массовые торжества, посвященные 1100 годовщине по хиджре принятия Ислама на государственном уровне в Волжской Булгарии, они рассматривались скорее как дань уважения предкам и их государственности. Программные документы татарского общественного движения конца 1980–начала 1990-х гг., во многом скроенные по прибалтийским лекалам, также практически не указывали на религиозный фактор. Разумеется, что никакая религиозная аргументация не использовалась официальными властями. Понятие об особости пути Татарстана увязывалось с провозглашением общегражданского суверенитета и возрождением национальной культуры и языка, а после распада СССР в 1991 г. — восстановлением независимости. Рассмотрим вначале роль религии в первых программах двух ключевых общественных организаций Всетатарского общественного центра (ВТОЦ), занимавшегося вопросами политического объедения всех татар и комитета «Суверенитет», созданного для обеспечения госсуверенитета Татарстана. В первой программе (платформе) ВТОЦ (1988) и материалах Учредительного съезда комитета «Суверенитет» Татарстана понятие «Ислам» просто отсутствует. Во второй программе ВТОЦ, принятой в 1991 г. уже появляется специальный раздел «Ислам в татарском обществе», но здесь речь идет скорее об использовании религиозного фактора национальным движением. В программе провозглашается «огромные достижения татарского общества, связанные с джадидизмом, оказались во многом утерянными, нам угрожает неприемлемый для цивилизованной жизни мусульман фундаментализм. ТОЦ рассматривает в качестве своей задачи возрождение благородных традиций джадидизма»

В докладе М. Мулюкова на V съезде ВТОЦ в феврале 1996 г. Ислам упоминается только в связи с возрождением государственности и доказательством необходимости равенства госстатуса Татарстана и России:

« 1. В древности у нас были собственные государства. Империя татар, Великий Булгар, Золотая Орда, Астраханское, Крымское, Казанское, Сибирское, Касимовское ханства….

2. Мы живем во втором тысячелетии после принятия религии Ислама. Мы приняли свою религию раньше, чем русские»

Характерно, что уже тогда делегаты извне Татарстана ставили вопрос о роли Ислама. Так, глава отделения ВТОЦ в Чувашии Арифулла Хабибуллов указал, что в республике на 20 татарских аулов имеется 28 мечетей и еще 3 строятся. Он заявил о необходимости параллельного развития национального светского и религиозного образования и предложил ввести преподавание Ислама и мусульманской культуры в учебных заведениях.

Лидеры национально движения уже в 1990 г. планировали перевести Духовное управление мусульман Европейской России и Сибири (ДУМЕС) в Казань для закрепления роли столицы Татарстана, как национальной и религиозной столицы татар. При этом делались ссылки на заявления татарского историка и богослова Ш. Марджани в 1880-е гг. и муфтия Центрального духовного управления мусульман (ЦДУМ — предшественника ДУМЕС) Г. Баруди о непригодности Уфы для пребывания в ней муфтията. После отказа муфтия ДУМЕС Т. Таджутдина от такого предложения ВТОЦ фактически приступил к созданию собственного Духовного управления мусульман Татарстана, сразу же заявив о возможности включения в него мусульман-татар из других регионов

Поэтому созданное в 1992 г. Духовное управление мусульман Республики Татарстан во главе с Габдуллой Галиуллой оказалось с одной стороны, в тесной связи с национальным движением во главе с ВТОЦ, с другой — в противостоянии с ДУМЕС, которое в 1994 г. вновь переименовало себя в ЦДУМ. Муфтий ДУМ РТ в 1996 г. прямо увязывал возникновение новых муфтиятов с принятием деклараций о суверенитете бывшими автономиями и появлением в них постов президентов, ведущих собственную политику и обладавших собственными интересами. Т. Таджутдин же в этой ситуации «продолжал проводить жесткую линию Москвы»

Лидеры ВТОЦа откровенно подчеркивали необходимость подчинения религии и духовенства общенациональным задачам и светским лидерам. Так, один из лидеров ВТОЦ подполковник в отставке Рашат Сафин в про граммной статье «Национальное движении и религия» указывал: «Вкратце, нация (миллят) по сравнению с религией — это более широкое понятие… Нации жили, сменив религию, а без народа, без нации не может быть религии. Поэтому нация первична, а религия — вторична»Сафин опять-таки повторяет определение джадидизма в стиле советских борцов с мифическими «паисламизмом» и «пантюркизмом»Он считает, что главным тезисом джадидов является: «религия должна служить нации, а не наоборот. Следовательно, религиозное движение — это одна из составляющих национального движения. В национальном движении у каждой профессии есть свое место: строительство его политического каркаса — дело националистов (национальных политиков), украшение каркаса — обязанность педагогов, духовенства, писателей, журналистов, деятелей, искусства»Следует отметить, что данная доктрина имеет мало общего со взглядами джадидов, но прямо соответствует марксистскому учению о «базисе» и «надстройке». Р. Сафин исходит из позиции марксистского позитивизма. Он смешивает представление джадидов о необходимости передачи политических функций единому правительству национально-культурной автономии, включающему Духовное уравление, с их признанием роли духовенства как носителей высшей истины в лице религии Ислама, необходимости преподавания основ религии всем детям и соблюдения норм шариата и российского законодательства. Наоборот, лидер правительства национально-культурной автономии Мили Идарэ, выпускник юрфака Сорбонны Садри Максуди придавал именно религии первенствующее место в самоидентификации татар. 7 мая 1911 г. в Госдуме он заявлял: «мусульманин первым условием ставит религию, и нет ничего, чем для нее он бы не пожертвовал, даже просвещением. Так что прежде, чем отдать в школу, мы спрашиваем: преподается ли родная религия в школе, и если нет, то детей не отдаем»Таким образом, лидеры национального движения, неверно трактуя идеи джадидов, отводили муфтию роль фактически исполнителя их целей, что не могло ни привести к стремлению ДУМ РТ выйти из под влияния ВТОЦ.

В начале 1990-х г., когда ВТОЦ в РТ, особенно в ряде мест, оказывал значительное влияние на органы власти в духовной и образовательной сферах, лидерам ДУМ РТ была инструметально важна его поддержка. По мере же ослабления роли ВТОЦ с 2-й половины 1990-х гг. и понимания населением недостижимости его достижения главной цели — независимости Татарстана неизбежно должна была укрепляться связь муфтия ДУМ РТ с Президентом РТ, как правильно подметил Г. Галиулла. На встрече Президента РФ В. В. Путина и президента РТ М. Ш. Шаймиева с представителями Третьего съезда Всемирного конгресса татар 30 августа 2002 г. М. Шаймиев заявил: «Когда у нас пошел раскол внутри республики, несколько муфтиятов в Татарстане появилось несколько лет тому назад, и пошла между ними довольно-таки острая борьба. Тогда мы действительно собрали у меня всех и договорились: давай мы проведем объединительный съезд. Провели очень хорошо, и избрали Гусман-хазрата, и вот уже второй съезд прошел после этого»Новый муфтий ДУМ РТ Г. Исхаков 14 февраля 1998 года на Объединительном съезде мусульманского духовенства РТ был избран муфтием, председателем Духовного управления мусульман РТ, а с июля 1998 г. — ректором Российского исламского университета. Впрочем, формально на первом этапе было принято совместное заявление ВТОЦ и ДУМ РТ, подписанное муфтием Исхаковым и председателем ВТОЦ Фандасом Сафиуллиным от 16 марта1998 г. о сотрудничестве в сфере религиозного и духовного воспитания и создания соответствующего координационного совета, которое реально не выполняется

Бывшие активисты ВТОЦ постепенно составили меньшинство и в Совете улемов, который вначале действовал как орган, готовящий стратегические решения муфтията. Таким образом, ДУМ РТ, созданный вначале по инициативе лидеров национального движения, превратился в тесного партнера режима. Не случайно, что даже территориальное деление ДУМ РТ на мухтасибаты полностью совпадает с границами административных районов РТ. Во всех заявлениях руководства ДУМ РТ говорится о необходимости тесного взаимодействия мухтасибов с главами администраций районов (избираемых по представлению М. Шаймиева, подобно российским главам субъектов Федерации) и сельских имамов с главами коллективных хозяйств (бывших колхозов)Процесс консолидации религиозной вертикали имеет параллели, например с процессом консолидации законодательной власти в РТ. Если в Верховном совете ТАССР, избранном в 1990 г., депутаты делились на три примерно равные по численности политические группировки (только одна из них прямо провластная), объединенные в ряд фракций, то в результате выборов в Госсовете РТ в 1995 г. исчезло фракционное деление. Здесь из 130 депутатских мест более сотни стали принадлежать руководителям исполнительной вертикали республиканского и районного уровней, директорам промышленных гигантов

Вместе с тем, не стоит думать, что отход от сотрудничества с национальным движением обозначал полное отстранение руководства ДУМ РТ от политики. Поэтому не случайно, что исламское движение «Рафах» в лице муфтия ДУМ РТ Г. Исхакова подписало обращение к мусульманам с призывом отдать голоса за блок «Единство» на выборах в Госдуму в декабре 1999 г. Тогда же центр мусульманской молодежи «Иман» провел свой десятый курултай (съезд), посвященный девятилетию центра. На основном заседании была зачитана политическая резолюция, призывавшая мусульман Татарстана не участвовать в выборах Госдумы России, а мусульман вне Татарстана проголосовать за блок «Отечество — вся Россия», чьим сопредседателем был тогда М. Шаймиев. Исламский фактор связан и с заявлением президента РТ М. Шаймиева о выдвижении на третий срок 26-го января 2001 г. Оно произошло в лучших советских традициях на съезде передовиков производства, состоявшемся на 70 летии родного ему Актанышского района. Характерно, что если на русском языке это событие описывалось как «Земляки дали Минтимеру Шаймиеву третий срок», то на татарском это звучало «президент якташларыннан фатиха алды» (президент получил от земляков фатиху (благословение). Такое объяснение носит сугубо религиозный характер, если учесть что фатихой (открывающей) называется первая сура Корана. Муфтий Г. Исхаков прямо выступил в поддержку М. Шаймиева

Особую актуальность приобрел исламский фактор в период предвыборной кампании в Госдуму РФ в 2003 г. В глазах мусульман М. Шаймиев, бывший одним из сопредседателей и четырех лидеров федерального списка «Единой России», олицетворял уважении партии к последователям Ислама в России. Татарстан на сессии Организация Исламская Конференция (ОИК) в Путраджайе (Малайзия) представлял председатель Госсовета Ф. Мухаметшин. По возвращении он указал, что вся российская делегация (включая лидеров Чечни, Кабардино-Балкарии и Башкортостана) поддерживает заявление Президента РФ В. В. Путина о России как евразийском государстве, которое «выстраивает свою внешнюю политику… с учетом интересов более 20 млн мусульман» РФ. Мухаметшин поддержал участие в ОИК, хотя бы в качестве наблюдателя. Следует отметить, что начало предвыборной думской кампании почти совпало с началом священного месяца рамадан. Соответственно Указ президента РТ «Об установлении даты проведения в 2004 году праздничного дня Курбан-байрам» (от 20.10.2003), подписанный им до ухода в отпуск, опубликовали в начале рамадана. В первый день месяца Рамадан при мечети «Марджани» прошло празднование официального открытия Казанского исламского колледжа, где муфтий РТ Г. Исхаков поблагодарил руководство РТ, особенно М. Шаймиева, за открытие новых учебных заведений, мирное сосуществование представителей различных религий25 октября М. Шаймиев принял руководство ДУМ РТ в честь начала Рамадана. На встрече он выступил за вступление РФ в ОИК в качестве наблюдателя и заявил, что: «у нас в России имеется прекрасный опыт многовековой дружбы двух доминирующих конфессий — Православия и Ислама»

На вечере, посвященном подведению итогов работы Всемирного конгресса татар за 2003 г. 1 декабря 2003 г. в Казани М. Шаймиев выступал как сопредседатель партии «Единая Россия». Он призвал отдать голоса за эту партию. Особое значение было уделено заявлению В. В. Путина о возможности вступления России в ОИК в качестве наблюдателя. М. Шаймиев отметил: «Участие Президента России Владимира Владимировича Путина в сессии Организации Исламская Конференция говорит о многом». Шаймиев указал, что ранее о вхождении РФ в качестве наблюдателя в ОИК не могла вестись и речи. Теперь же «по словам муфтия Равиля Гайнутдина это нужно понимать как уважение по отношению к российским мусульманам. А если принять во внимание, что татары в основе своей мусульмане, то это действие имеет для нас особенное значение. Это поворотный момент. Его значение глубоко: можно сказать, что конфессиональный фактор, в данном случае исламский фактор, признается как имеющий всемирное значение. Даст Бог (Аллах), надеюсь, что так будет и так должно быть»На собрании присутствовали представители РТ в регионах РФ, руководители национально-культурных объединений татар вне РТ, ДУМ РТ, общественных объединений, татарская интеллигенция.

В завершении темы ОИК следует отметить, что участие Генерального секретаря ОИК Экмеледдина Ихсаноглу в открытии мечети Кул-Шариф в Казани способствовало прояснению позиций о членстве России в ОИК. 24 июня 24 июня 2005 г. М. Шаймиев завил в интервью агентству “Интер-факс”, что «процесс участия России в качестве наблюдателя в Организации Исламская конференция (ОИК) должен быть ускорен». Он напомнил, что“исторически у Российской Федерации, а до этого у СССР, были самые тесные деловые отношения с исламским миром, и сегодня эти отношения носят позитивный характер и являются значимым фактором мировой политики”. М. Шаймиев указал, что “Ислам является органической частью истории российской государственности, как и православие»

Генеральный секретарь ОИК Экмеледдин Ихсаноглу накануне 32-й конференции глав МИД стран-членов ОИК в Сане в интервью агентству «Интерфакс» заявил: «В России проживает 20 миллионов мусульман, неразрывно связанных с исламским миром, являющихся частью этого мира, который насчитывает 1,5 миллиарда человек. Мусульмане России имеют полное право чувствовать себя частью исламского мира. Наше сотрудничество может иметь самый широкий спектр, в том числе в вопросах построения безопасного мира, в решении многих международных и региональных проблем». Заключительную часть интервью Ихсаноглу посвятил своим казанским впечатлениям: «Мусульмане России имеют свою многовековую культуру и историю, которая неразрывно связана с историей русского народа. И российские мусульмане для нас являются связующим звеном между мусульманским миром и русским народом. Я повторяю — именно русским народом.

Наиболее ярким примером в этом смысле является Татарстан. Это республика, представляющая самый северный форпост исламского мира.

В ХIХ веке среди татар возникло движение по актуализации исламской философской мысли и исламской литературы и культуры. Именно в этот период в Татарстане образовался синтез классического Ислама и его современной формы. Однако дальнейшее развитие этого направления было прервано гнетом коммунизма, когда верующие мусульмане отрицали эту чуждую для них идеологию, и мусульмане в период коммунистического правления в вашей стране потеряли свободу мысли и свободу совести. И все, что было накоплено в ХIХ веке, за 80 лет коммунистического режима, было уничтожено.

Мое личное мнение заключается в том, что культура Ислама, богословие снова найдут свое место в татарском обществе и снова будут развиваться, и это станет возвращением российских мусульман к истокам Ислама и его культуры.

Почему я говорю именно о Татарстане, потому что эта республика является для нас примером того, как мусульмане России имеют возможность осуществлять свои духовные и религиозные потребности.

Я присутствовал на открытии грандиозной мечети Кул-Шариф — это самая крупная мечеть в Европе и ее открытие приурочено к 1000-летию Казани.

Мы рассчитываем на то, что эта мечеть станет символом возрождения Ислама в России»

Данное высказывание показывает глубокое знание Ихсаноглу специфики Татарстана, который он неоднократно посещал. Татары воспринимают себя как естественного посредника (mediator) между Россией и мусульманским миром. Эта ситуация тем более актуализировалась в условиях кровопролития на Северном Кавказе и противостояния между властями и оппозицией в Башкортостане. Татары, открыто называющие себя второй нацией России и являющиеся ее самым значительным по численности мусульманским этносом, представлены своими общинами не только почти по всей территории России, но и во всех постсоветских мусульманских государствах. Исторически татары привыкли выполнять роль российских представителей на ключевых дипломатических направлениях, то есть представляли собой типичный пример «мобильной группы–диаспоры» (по терминологии Дж. Армстронга). Их слабость заключалась в том, что такие «мобильные группы–диаспоры зависимы от протекции правительства». При этом мобильные группы–диаспоры «выполняют те специфические функции, какие не может выполнять доминирующая в стране этническая группа». Наиболее концептуально это положение в отношении татар в XVIII—первой половине XIX веков обрисовал Г. Г. Косач. Они «становились полезны русским интересам... с точки зрения своих экономических навыков, хозяйственной инициативы и предприимчивости, контактов с иными мусульманскими народами... и в силу этого, укрепления российских возможностей на Южном Урале, казахских степях и Средней Азии. Они включались в государственный контекст, сохраняя свою культуру, язык и веру»

Данная традиция во многом не утратила актуальность и потом. Это касается договора с Абулхаир-ханом Кутлуг-Мухаммеда Тевкелева в 1731 г. (то, что в годы Советского режима называлось «добровольное присоединение Казахстана к России»), роль татар в Туркестане: в период завоевания, восстания мардикеров1915 г., установления просоветских режимов в Бухаре и Хиве, примирения в Ферганской долине в 1920 г. Для Советского периода можно говорить о двух знаковых фигурах. Во-первых, первом полпреде CССР в Хиджазе Кариме Хакимове, по чьей инициативе на I Исламском конгрессе глава советской делегации муфтий ЦДУМ Р. Фахретдин стал вице-председателем конгресса при председательстве отца-основателя Саудовской Аравии короля Ибн-Сауда. Следует напомнить, что именно этоn конгресс во многом заложил основы ОИК. Во-вторых, посла СССР при режиме Бабрака Кармаля в Афганистане, бывшего первого секретаря Татарского обкома КПСС Фикрята Табеева. Я помню как в начале 1980-х гг. в Казани, с гордостью и удовольствием рассказывали историю (независимо от степени ее достоверности) про то, как член ЦК КПСС Ф. Табеев, прибыв в Кабул, первым делом отправился читать намаз в мечеть. В настоящее время послом РФ в Узбекистане, все более превращающемся в центральную точку всей российской политики в регионе, является бывший представитель РТ в РФ Фарид Мухаметшин25 .

29 июня 2005 г. на 32-й конференции (сессии) глав МИД ОИК выступил министр иностранных дел России Сергей Лавров. Как и Ихсаноглу в качестве положительного примера синтеза российских и мусульманских основ он привел Татарстан: «В эти дни начинаются торжества, посвященые тысячелетию Казани, столицы одного из субъектов Российской Федерации — Татарстана, где проживает значительная часть мусульман страны, находится древнейший очаг исламской культуры». При этом он упомянул о посреднической роли татар: «Насколько я знаю, некоторые участники конференции были почетными гостями на только что состоявшемся там открытии грандиозной, крупнейшей в Европе мечети Кул-Шариф». Будучи представителем страны, где христиане составляют большинство, С. Лавров не забыл упомянуть о поддержке Патриархом Алексием II инициативы «по налаживанию контактов России с ОИК» и о соседстве мечети с Благовещенским Собором, построенным после взятия Казани в 1552 г. и ныне вновь принадлежащим РПЦ МП. В последнем абзаце своей речи С. Лавров подчеркнул принадлежность российских мусульман к единой умме: «Конечно, активность российских мусульман не ограничивается Татарстаном или даже Россией. Они не отделяют себя от мирового мусульманского сообщества, участвуют в его духовной жизни»

Присутствие генсека ОИК, чрезвычайных и полномочных послов в РФ Саудовской Аравии, Сирии, Кувейта, Йемена, Узбекистана, посла Лиги арабских государств, представителей Ирана, Турции, Египта, Объединенных

В 2005 г. после избрания Арабских Эмиратов, муфтиев Азербайджана, Таджикистана, Кыргызстана, Беларуси, Боснии и Герцеговины, большинства российских муфтиев на открытии мечети Кул-Шариф задает другое измерение и для внешних контактов Татарстана. С начала 1990-х гг. республика воспринималась как часть общетюркского пространства и одновременно как лидер федералистского движения в России. Это достаточно четко проявилось во время инаугурации М. Шаймиева 12 апреля 2001 г. после президентских выборов. Здесь ожидался приезд президентов Кыргызстана Аскара Акаева и Таджикистана Имомали Рахмонова, которые не прибыли. Страны СНГ представляли председатель парламента Казахстана Оралбай Абдыкаримов, секретарь Совета безопасности Республики Беларусь Урал Латыпов, вице-премьер Азербайджана Эльчин Эфендиев, Чрезвычайный и Полномочный Посол Украины в Российской Федерации Николай Белоблодский, председатель Верховной Рады Автономной Республики Крым Леонид Грач. Регионы России: заместитель Председателя Совета Федерации, президент Кабардино-Балкарской Республики Валерий Коков, президент Башкортостана Муртаза Рахимов, председатель Государственного Совета Республики Дагестан Магамедали Магомедов, президент Республики Ингушетия Руслан Аушев, президент Республики Северная Осетия — Алания Александр Дзасохов, глава Республики Мордовия Николай Меркушкин, президент Удмуртской Республики Александр Волков, президент Республики Марий Эл Леонид Маркелов, президент Республики Адыгея Аслан Джаримов, президент Карачаево-Черкесской Республики Владимир Семенов, губернатор Кировской области Владимир Сергеенков, глава администрации Ульяновской области Владимир Шаманов, губернатор Пензенской области Василий Бочкарев, вице-мэр Москвы Валерий Шанцев, исполняющий обязанности губернатора Самарской области Габибулла Хасаев, заместитель председателя правительства Республики Бурятия Евгений Ханхалаев, вице-президент Республики Калмыкия Валерий Богданов, заместитель главы Республики Коми Алексей Конюхов, председатель правительства Республики Саха (Якутия) Василий Власов, председатель Кабинета министров Чувашской Республики Анвар Аблякимов, руководитель администрации губернатора Свердловской области Юрий Пинаев, постоянный представитель Республики Тыва в Москве Орлан Чолбеней. На имя М. Шаймиева поступил ряд приветственных телеграмм от лидеров государств, включая президентов таких преимущественно тюркских государств, как Турция, Украина, Азербайджан, Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан. Вице-премьер Азербайджана Эльчин Эфендиев назвал татар братским (кардеш) народом, заявил о единстве рода, истории и языка, упомянул об авторитете Шаймиева среди лидеров тюркского мира. Впрочем и здесь председатель Союза писателей РТ Фоат Галимулин сравнил три срока Шаймиева с татарским народным выражением о трех Суннах Пророка Мухаммада27

М. Шаймиева Госсоветом РФ по представлению президента РФ подобного сбора представителей регионов и получения телеграмм от президентов не-зависимых государств уже не произошло.

Исламская тематика была озвучена президентом РТ М. Ш. Шаймиевым и на Третьем съезде Всемирного конгресса татар. 29 августа 2002 г. он заявил: «Повсюду, где живут татары, появились мечети и медресе»Вместе с тем даже в чисто татарских населенных пунктах вне Татарстана национальный компонент ограничивается нескольким часами в неделю. Так в Башкортостане, где татарская общественность постоянно борется за обучение на родном языке в 2003/2004 учебном году «из 190.854 детей татарской национальности, обучающихся в школах республики, лишь 8,5% или 16.272 школьника обучаются на родном языке». 29 Это приводит к усилению роли мечети и религиозного образования. Классическим примером здесь является село Средняя Елюзань (Алазань). Глава национально-культурной автономии та-тар в Пензенской области К. Ш. Дебердиев указал — при 1800 школьников «охвачено по изучению шариата более 400 детей различного возраста». В селе, где имеются 2 средние и 1 начальная школа, действуют «7 мечетей, 1 исламский колледж и женское медресе». Следует отметить, что выходцы из села обучаются и в профессиональных религиозных учебных заведениях РТ. Дебердиев особо отмечает, что «жизненный уровень у елюзанцев и положительное демографическое положение в 2-3 раза выше, чем в других населенных пунктах… В среднем за год строится и реконструируется более 100 домов. Имеется и используется в бизнесе 1700 КАМАЗов, более 3330 автомашин и тракторов других марок, около 3,5 тысяч легкого транспорта, более 100 голов лошадей в личных подсобных хозяйствах. Такие примеры имеются в Мордовии, Белозерье, Яковлевке Саратовской губернии»Пример этих общин показывает, что деревни, живущие по нормам шариата и оказывающие взаимопомощь своим членам, сумели найти свою экономическую нишу в российских реалиях, чего не скажешь о большинстве бывших колхозов.

Председатель Всетатарской ассоциации женщин «Ак калфак», директор национальной гимназии No 2 г. Казани К. З. Хамидуллина с прискорбием отмечает отсутствие национальных школ в трети райцентров Татарстана при параллельном бурном развитии сети мечетей: «Есть татарские баи, активно строящие мечети. Спасибо им. Однако непонятно, почему они не видят расположенную по соседству татарскую школу, куда ходят 100 детей. Мы просим нас правильно понять: национальная школа для ребенка — это та же мечеть. При строительстве мечети одновременно нужно беспокоиться о школе»

Для лидера радикального крыла национального движения, председателя партии «Иттифак» Ф. Байрамовой, характерно более активное, чем для лидеров ВТОЦ, использование мусульманских лозунгов. Если лидеры ВТОЦ, не добившись независимости, сохраняют ориентацию на мирное достижение своих целей по образцу народов Восточной Европы и Прибалтики, то Ф. Байрамова стремится использовать и потенциал мусульманского движения. Однако Ислам у нее занимает подчиненное место: «А для народов, подобных татарскому, имевших в свое время большие государства и утративших независимость наций, цель может быть только одна — заново восстановить свою государственность, сохранить татарскую нацию, ее язык, нравственность, веру и религию Ислама». Байрамова говорит о великой татарской государственности, простиравшейся от Карского моря до Кавказских гор и от Татарского пролива до берегов Волги и Урала. При этом она уравнивает понятия «Великая страна татар — земля Ислама» (курсив подлинника — А.Х). Правда, на данном этапе мусульманское воспитание, по мнению Байрамовой, должно, прежде всего, препятствовать заключению смешанных браков: «Сейчас около 50% татарских девушек состоит в браках с кафирами (неверными)… В городе Набережные Челны 70% наркоманов — дети, рожденные от смешанных браков, ими полны кладбища»Впрочем, следует отметить, что Байрамова уже давно покинула Казань ради Челнов из-за постоянных протестов татарской и русской общественности по поводу ее скандально известных заявлений о детях, рожденных от смешанных браков. Она уже давно не участвует почти ни в одном достаточно открытом мероприятии в Казани.

Ф. Байрамова, пожалуй, первой из достаточно известных фигур в РТ про-возгласила принцип необходимости мусульманской легитимизации властей республики. Выступая на заседании секции «Наука, культура, образование» на Третьем съезде Всемирного конгресса татар 28 августа 2002 г., она начала приветствие с «бисмиллы». Ф. Байрамова заявила: «Тот, кто стоит во главе страны и нации, должен быть борцом, сильным человеком, пронизанным национальных духом… Чего можно ждать от руководителя-татарина, который за десять лет свободной жизни не смог открыть национальный университет, ни разу не пришел в мечеть прочесть намаз, не смог бороться за интересы своего народа? Только нынешнее беззаконие, безбожие, безъязычие (Аплодисменты)… Пусть вас не обманывает то, что стало много мечетей — они пусты, потому что в религию не пришли даже 1-2 процента татарского народа, не вернулись к вере, не начали читать пять раз в день намаз»

Конечно в РТ, в отличие от многих северокавказских республик, не стало нормой поголовное держание поста в рамадан и другие массовые проявления исламской идентичности, но пока с каждым годом увеличивается число постящихся и появление женщин в хиджабах. Не случайно, что несколько завуалированное обвинение Байрамовой властей Татарстана в беззаконии, безбожии, безъязычии вызвало аплодисменты аудитории. В условиях роста социального расслоения в России, сосредоточения основных доходов от добычи нефти и газа в руках ограниченной группы лица, роста алкоголизации, наркомании и заражения СПИДом среди населения лозунги социальной справедливости, основанной на канонах шариата, будут приобретать все большую актуальность. Если на рубеже 1980–1990-х гг. лидеры национального движения ставили вопрос лишь о перераспределении доходов между РТ и центром, то теперь обвинения высказываются в адрес руководства республики. Байрамова утверждает, что «бесчисленные богатства Татарстана, деньги от продажи нефти не достались народу, не служили делу развития нации, они утекли в карманы отдельных татарских богачей и в Москву…

И это большое богатство должно быть справедливо распределено. Это богатство не должно было уйти на строительство казино и пирамид татарскими богачами и начальниками, а должно было служить татарскому народу. Куда ушли деньги от продажи нефти в течение 10 лет? Почему татарин обнищал? Кто за это ответит?»

Действительно, контрасты между новыми роскошными объектами, возводимыми в честь 1000-летия Казани, и безденежьем в деревнях становятся все более заметными. В городах же приехавшая из сельской местности преимущественно татарская молодежь имеет весьма ограниченные возможности для обзаведения собственным жильем. Еще одним источником напряжения стало задержание в РТ ряда мусульман по обвинению в их принадлежности к «Хизб ут-тахрир». Несмотря на то, что большинство арестованных были вскоре отпущены и приговоры в основном ограничились штрафами, некоторые находятся под стражей уже в течение нескольких месяцев. Их близкие объясняют эти акции властей ростом исламофобии и беззакония в России. Так, в заявлении группы мусульман Алметьевска указывается, что «мало того, что преследуют мусульман-мужчин по сфабрикованному против них делу, так еще сотрудники УБОП… позволили себе задержать жительниц города Альметьевска Арсланову М. К., Галееву Н. Р. и Рафикову Г. Т. и оформить это административным арестом, не имея на то законных оснований в соответствии с Кодексом РФ об административных правонарушениях. Их незаконно задержали, когда они возвращались с санкционированного митинга против реформ, куда были вынуждены пойти, т.к. их оставили без кормильцев. И, не имея средств к существованию, молодые женщины вышли на санкционированный митинг в знак солидарности с пенсионерами. Своими действиями Сафаров (гражданин Таджикистана) и Верховых нарушили сразу несколько статей законодательства РФ… Складывается впечатление, что сотрудники УБОП вообще не знают законодательства РФ и действуют вне законов, что еще больше порочит «такое доброе» имя нашей милиции перед общественным мнением. И судья местного Мирового суда Французова также, видимо, не зная законов, либо превышая свои полномочия, вывела Постановление об аресте на трое суток Арслановой М. К., на руках которой годовалый ребенок, и Рафиковой Г. Т. на сутки, на иждивении которой находятся двое маленьких детей»

Новый орган национального движения — газета «Азатлык» («Свобода»), начавшая издаваться представителями национального движения в Набережных Челнах, специализируется уже не на темах защиты суверенитета и обеспечения единства нации, а на защите прав мусульман от действий властей. В Казани, Набережных Челнах и Альметьевске уже прошли пикеты с требованием прекратить аресты мусульман. Жителей Татарстана не может не беспокоить тот факт, что даже в начале 1990-х гг., когда республику охватила митинговая стихия, власти ограничивались максимум задержанием на несколько суток, а теперь продолжительность арестов уже исчисляется месяцами. С другой стороны, несколько терактов, осуществленных в РТ за последние месяцы, заставляют задуматься об их возможных организаторах

Действительно, рост числа мечетей и создание инфраструктуры мусульманского образования пока не привели к прочному восстановлению основ традиционного для татар толерантного варианта Ислама. Основную роль здесь сыграло прерывание традиций мусульманского образования в советский период, но теперь все больше можно говорить о негативном влиянии лиц, получивших образование в арабских странах и бывших советских центральноазиатских республик и не сумевших адаптироваться к российским реалиям, к учебной литературе, отражающей реалии моноконфессиональных государств. Действительно даже если в учебнике арабского языка изображается женщина, у которой видны только глаза, то, какое представление получит шакирд о женской одежде, в частности, и о правах женщин, в целом? Можно говорить и о негативном влиянии того нравственного, идеологического и правового вакуума, который сложился после распада СССР.

В этих условиях руководство РТ и ДУМ РТ говорит о необходимости восстановления однозначно лояльной властям традиции муфтиятов в лице ОМДСЦДУМ. В приветствии М. Шаймиева II Всероссийскому съезду востоковедов в октябре 1999 г. призывалось возродить традиции джадидизма в лице таких богословов как Габдуннасыр Курсави, Шигабетдин Марджани, Галимджан Баруди, Риза Фахретдин и Муса БигиС подобной речью выступил и муфтий ДУМ РТ Г. Исхаков на Втором очередном съезде мусульман Татарстана в 2002 г. Он подчеркнул необходимость возрождения и обновления традиций джадидских медресе в соответствии с требованиями современности, с целью воспитания шакирдов «в лучших традициях своего народа» Таким образом, власти призвали отказаться от средневекового кадимизма, выступавшего, в частности, за соблюдение теории «дар уль-харб» и неприкосновенность всех устоев Ислама, в пользу джадидизма, выступавшего за модернизацию Ислама, создание нации и правового политического режима в России.

В интервью газете «Известия» М. Шаймиев особо выделил среди характерных черт так называемого «российского Ислама» то, что «он лоялен к российским властям» и отождествил его с джадидизмом. Не случайно, что 1 июля 2005 г.Совет муфтиев России (СМР) отмежевался от заявления свое-го сопредседателя Исмаила Шангареева о поддержке «оранжевого» Комитета-2008. В заявлении СМР указывается, что политический курс Президента России В. В. Путина в целом пользуется поддержкой явного большинства мусульман страны, что показали, в частности, президентские выборы в прошлом году. Исмаил Шангареев, в свою очередь, 26 июня 2005 г. заявил, что Комитет-2008, объединяющий представителей либеральной «оранжевой» оппозиции, «может не беспокоиться, так как все мусульмане проголосуют за изменение нынешнего политического курса», и высказал мнение, что мусульмане России «крайне недовольны сегодняшним положением». Основанием для такого недовольства считаются прежде всего вышеуказанные аресты среди мусульман, закрытие ряда медресе, например, «Йолдыз» в На-бережных Челнах и «Фуркан» (медресе самого Шангареева) в Бугуруслане.

Действительно власти обращают все большее внимание на преподавание в медресе, где уровень светского образования весьма невысок и значительно уступает среднему уровню образованности, особенно в городах. Медресе дают светское образование на уровне среднего специального, например «Пчеловодство» в медресе «1000-летия принятия Ислама» в Казани и в Нурлате, что недостаточно для обеспечения авторитета имамов особенно в городских условиях. Руководство медресе обычно поддерживает стремление своих шакирдов к светскому высшему образованию, но зачастую вопрос упирается в финансовую сторону. Однако в деле стандартизации программ в медресе удалось добиться успехов. С 2001 года преподавание в медресе РТ стало вестись по типовым программам, разработанным ДУМ РТ для каждого уровня, включающим в себя помимо религиозных предметов обширный блок светских дисциплин, таких как история татарского народа, татарский язык, татарская литература, история религий, история Ислама, психология, педагогика, вычислительная техника и др. Конечно, не во всех 8 медресе преподаются все вышеуказанные предметы, но вопрос о чисто религиозном образовании уже не ставится.

Центром подготовки наиболее квалифицированных кадров должен был стать Российский исламский университет (РИУ), осуществляющий образовательную деятельность с 1998 года. В 2003–2004 уч. году в РИУ был открыт факультет теологии, что означает ориентацию на возобновление подготовки улемов (ученых). Пока в РТ нет ни одного специалиста на уровне профессора исламской теологии. По Уставу ЦДУМ 1917 г. только такие лица могут занимать посты муфтия и казыев. Однако процесс становления РИУ затянулся. В 2002 году шариатский факультет окончили 14 человек; в 2003 году — 8; в 2004 — 13 (факультеты шариата и Корана); в 2005 году — 4 (факультет Корана, 1 из них уезжает в Таджикистан), 4 (факультет шариата, 1 уезжает в Казахстан). По разным причинам отсев составляет до 80%.

Впрочем, несмотря на всю сложность ситуация в РТ остается достаточно стабильной (особенно по сравнению с Северным Кавказом), и для татарского общества скорее характерен радикализм заявлений, а не действий. Поэтому как среди национального движения в начале 1990-х гг., так и среди верующих мусульман в начале 2000-х гг. сторонники насильственных действий составляют ничтожное меньшинство, к тому же приговоры на длительные сроки по взрыву в Кукморе заставляют задуматься об опасности такого рода действий. Жители Татарстана слишком высоко ценят межнациональную и межрелигиозную стабильность в республике. Вопрос скорее встает о мировоззренческой ориентации молодежи в условиях, когда в Госсовете Татарстана представлены только «Единая Россия» (с региональной модификацией в лице фракции «Татарстан-Новый век») и КПРФ. Поэтому другие организации не имеют возможности для публичного артикулирования своих позиций. Около 1000 приходов ДУМ РТ и десятки тысяч людей с образованием в национальных школах, мектебах и медресе, преимущественно из числа молодежи, потенциально представляют новую силу. Пока эти люди в основном лояльны руководству РТ и ДУМ РТ и соответственно федеральному центру. Однако после арестов десятков мусульман в течение последнего года часть из них начинают склоняться на сторону оппозиции. Повлияют ли на лояльность граждан РТ перечисленные в статье факты, пока остается открытым вопросом. Поколение демографического взрыва рубежа 1970–1980-х гг. еще не артикулировало свои позиции…

А. Ю. Хабутдинов,
д.и.н. профессор Казанского филиала Российской Академии правосудия

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/russia/rusopinions/735/">ISLAMRF.RU: Ислам в Татарстане в первые годы нового тысячелетия.</a>