RSS | PDA | Архив   Четверг 19 Сентябрь 2019 | 1433 х.
 

Убийство Мугнии и израильский след

28.02.2008 11:38

Недавнее убийство в Дамаске начальника службы безопасности «Хизбуллах» Имада Мугнии не просто всколыхнуло мировое сообщество, но и дало серьезный повод говорить о близости широкомасштабной войны на Ближнем Востоке, в которую, помимо непременного участника (прямо или косвенно) всех конфликтов в регионе – Израиля – будут также вовлечены Сирия, Ливан, Иран и Соединенные Штаты Америки.

Кому же произошедшее представлялось наиболее выгодным политическим ходом, и кому извлечь из него максимальную пользу?

Действительно, на первый взгляд картина вырисовывается вполне стройная: израильские службы имели вполне веский мотив для ликвидации Мугнии – одной из ключевых фигур движения «Хизбуллах» - если следовать восторженным заявлениям министра обороны Израиля Эхуда Барака, который сказал, что “«Хизбуллах» не скоро оправится от такого удара”. И в этом заявлении мы прочитываем не только злорадно-мстительные нотки после позорного поражения израильской армии в июльской войне 2006 года, но и настроения, резонирующие с заявлением Шона Маккормака, представителя Госдепартамента США, в частности, сказавшего, что «Без этого человека мир станет лучше».

В самом Ливане митинг памяти Мугнии с обещаниями «отомстить за смерть мученика», данными устами самого партийного лидера шейха Хасана Насраллы, прошел лишь четыре часа спустя после митинга памяти убитого премьера Рафика Харири, при массовом скоплении народа, что не могло не накалить обстановку (и без того противоречивую) в самом Ливане. Наконец, обещание отомстить, причем на территории «третьих стран» (из которых одна конкретизирована – Израиль) было подхвачено Ираном – о скором крушении сионистского режима открыто заявил главнокомандующий корпусом стражей исламской революции этой страны Мохаммад Али Джаафари.

Итак, на первый взгляд получается вполне простая, даже примитивная картина, имеющая четкую историческую параллель с началом второй мировой войны. Не решаясь устроить спектакль, подобный провокации с захватом радиостанции в Гляйвице, США и их «вечный союзник» Израиль вместо этого решают подтолкнуть Иран и Сирию к активным террористическим действиям, которые должны послужить ответом на убийство видного деятеля (Мугнии), при этом сами оставаясь формально непричастными к убийству в глазах мирового сообщества, поскольку прямых улик, доказывающих причастность к теракту в Дамаске Моссада или ЦРУ, до сих пор не обнаружено. Новая «террористическая угроза», исходящая от Ирана, даст серьезный повод для нанесения по стратегическим объектам этой страны превентивных ударов.

Даже после того, как последние шесть пунктов пресловутого «Иранского ядерного досье» были успешно разрешены, как заявил глава МАГАТЭ Мухаммада Эль-Барадеи. Таким образом, Соединенным Штатам для раздувания террористической истерии вокруг Ирана потребовался новый козырь, который и был найден в смелых заявлениях иранских и ливанских шиитских лидеров, после того, как дерзким убийством Имада Мугнии Америка и Израиль успешно сыграли на эмоциях Ирана и Сирии. У последних – как и ожидалось – сдали нервы, и теперь остается лишь ожидать нового витка эскалации напряженности, который неизбежно приведет к новой всеобщей войне на Ближнем Востоке. В ходе нее главные оккупанты – США и Израиль – будут действовать под личиной защитников-миротворцев, принеся в этот нестабильный регион на крыльях бомбардировщиков «Стелс» долгожданные «мир, свободу и демократию».

Такова поверхностная картина, но именно поэтому она не только не отражает всей правды, но 90% ее оставляет за кулисами – там, где и делается настоящая политическая игра. Попробуем разобрать ситуацию по пунктам, дабы выяснить подлинные мотивы, последовательность действий и их возможные результаты.

1. Карта «Ядерного досье». В последние дни, после заявления М.Эль-Барадеи, она оказалась битой, причем такой характер заявления главы МАГАТЭ ожидался еще задолго до его опубликования, то есть, формально у США и Израиля был мотив задуматься над поиском иных, альтернативных поводов для давления на Иран и стимулирования поддержки мирового сообщества. Однако, это – лишь формально. Во-первых, наивно считать американских политиков столь недальновидными, чтобы заниматься поисками альтернатив лишь в последний момент – наверняка такая работа велась еще задолго до озвучивания первых громких антииранских заявлений со стороны Вашингтона. Напротив, было бы более разумно ударить одновременно с нескольких флангов, представив на суд Организации Объединенных Наций проявление «террористической угрозы» Ирана одновременно с представлением ядерного досье, еще на первых этапах его проверки, что также должно было способствовать формированию у представителей МАГАТЭ более субъективного мнения – однако этого в полной мере сделано не было. А во-вторых – что самое главное – ядерная карта Ирана попросту не была самой ценной в игре с самого начала.

Об этом свидетельствует тот факт, что Соединенные Штаты представили в Совет Безопасности ООН проект ужесточения санкций против Ирана, не имея к тому ни малейших объективных оснований, ибо этот шаг задолго предшествовал как нашумевшим заявлениям с обещаниями отомстить за смерть Мугнии, так и опубликованию последних результатов проверки инспекторов МАГАТЭ. Тем самым, Штаты в очередной раз дали понять миру, что они ни во что не ставят мнение не только МАГАТЭ, но и ООН, полагая, что Совет Безопасности имеет для них силу не более чем совещательного голоса. В международной политике – и в иранском ядерном вопросе в частности – Америка намерена играть собственную игру по собственным правилам ни на кого не оглядываясь, пользуясь исключительно правом сильного, что она и стремится показать.

В свете этого ликвидация Мугнии представляется слишком сложной и одновременно слишком незначительной. В конце концов, на каком основании американские политики делали свой расчет на то, что у сирийцев и – тем более – в последние годы предельно выдержанных в международной риторике иранцев – сдадут нервы, и они допустят непоправимый просчет?

Лозунги, призывающие проклятия на головы американского и сионистского режимов, не в счет: они крупными буквами выписаны на стенах самых высоких зданий иранских городов с 1979 года. Ни один политический митинг в стране не заканчивается иначе как массовым скандированием «Смерть Америке, смерть Израилю», а внутри корпуса стражей исламской революции иная риторика и не допускается – следовательно, что принципиально нового за последние 30 лет получит Америка со стороны Ирана в результате успешной провокации? И это тогда, когда в случае провала риски несопоставимо велики.

К тому же, 7 ноября минувшего года службой Интерпола был выдан официальный ордер на арест Имада Мугнии по подозрению в причастности к терактам в Буэнос-Айресе в 1983 году. Захват живого Мугнии дал бы Америке несопоставимо больше – это очевидно. Следовательно, все вышеизложенное логически исключает возможность совместной американо-израильской провокации, направленной на разжигание конфликта вокруг Ирана.

2. Раскол мусульманского мира. Игра на внутримусульманских противоречиях, по обыкновению, является излюбленным оружием оккупантов. Так, британская разведка еще в 19 столетии играла на суннитско-шиитских противоречиях в Иране с целью дестабилизации обстановки в стране и усиления своего присутствия. Сегодня в Ираке мы также наблюдаем гипертрофированное позиционирование шиитского фактора в противовес временам репрессий, обрушившихся на шиитов со стороны режима Саддама Хусейна. При этом в расположенном неподалеку Ливане мы видим проявление диаметрально противоположного отношения к шиитам: Запад демонстративно поддерживал линию суннитского премьера Харири, а также прозападно настроенных политиков, не имеющих шансов занять ключевые государственные посты, но способных повлиять на общественное мнение и максимально занизить политическую роль самого активного ливанского шиитского движения - партии «Хизбуллах». Типичным представителем этого лагеря является друз Валид Джумблат, но сюда же можно отнести и его единомышленников из клана Жмайелей: хотя христианин-маронит (к которым относится семейство Жмайелей) только и может занять президентский пост (согласно конституции 1943 года), однако, сегодня у этой семьи практически не остается шансов вернуть себе верховную власть. Усиление противостояния израильской агрессии склоняет чашу весов общественной симпатии на сторону просирийски настроенных христианских лидеров (каковым был генерал Эмиль Лахуд).

Также мы видим, что представители друзов не имеют сравнимых с мусульманскими и христианскими конституционных полномочий, а лагерь христиан-маронитов оказался безнадежно расколот: марониты не имеют субъективных причин отдавать свои преимущественные симпатии шиитскому или суннитскому лагерю. То есть, единственным надежным средством против усиления «Хизбуллах» остается мусульманский суннитский фактор, причем вне Ливана – в гораздо большей степени, нежели внутри него: ливанские политики суннитского толка, будь то Фуад Сениора, Саад Аль-Харири или кто угодно – вынуждены будут на данном поле согласовывать свои действия с мнением ведущих суннитских богословов мира – в противном случае, их оппонентам ничего не стоит доказать, что антииранская или анти-Хизбуллаховская риторика не имеет под собой иной подоплеки кроме чувства политического соперничества.

Такое восприятие картины особо усилилось в ходе июльской войны 2006 года, когда на фоне четкого противостояния движения «Хизбуллах» армии сионистских агрессоров заявления Сениоры о «необходимости всестороннего разумного диалога» звучали, по меньшей мере, вяло на фоне героизма сторонников шейха Насраллы и непрекращающихся израильских бомбардировок, вызвавших разрушения даже в столице Бейруте, повлекшие массовую гибель невинных женщин, детей и стариков. На этом фоне всяческие разговоры о «диалогах» и «круглых столах» были уже попросту неуместны, и эта серьезная политическая ошибка Фуада Сениоры невольно помогла обратить симпатии большинства как шиитов, так и суннитов на сторону «Хизбуллах». На Ближнем Востоке, несмотря на информационную шумиху вокруг устаревшей фетвы саудовского шейха Джибрина, ярко забрезжила перспектива общемусульманского единения в противостоянии соседним или заокеанским агрессорам.

Бесспорно: Соединенные Штаты не могли предоставить возможность такой последовательности событий развиваться самой по себе. Однако, каким образом убийство Мугнии могло бы исправить ситуацию? Явная провокация с попыткой выставить теракт как дело рук просуннитских партий была бы обречена на провал, это было ясно с самого начала: шиитские богословы, особенно духовные лидеры Ирана, являются сегодня активными пропагандистами сближения исламских мазхабов, следовательно, трудно ожидать, что спонсируемая Ираном «Хизбуллах» станет играть на межмусульманских противоречиях. Напротив, выступив в качестве невинной жертвы и продолжая благородно настаивать на сближении мусульман, невзирая на провокации противника, «Хизбуллах» набрала бы себе только новые политические очки.

Следовательно, в сфере межмусульманских противоречий (если Америка и в самом деле решилась бы разыграть эту карту) перспективным оставался лишь один, довольно сложный вариант: разжигание пропагандистской истерии уже после произошедшего, представляя убийство Мугнии как оправданное отмщение за пролитую им кровь невинных мусульман.

Отыскался и подходящий повод: эпизод с угоном кувейтского авиалайнера в 1988 году, причастность к которому Мугнии не была доказана, но и окончательно не опровергнута – что является вполне достаточным для резких провокационных заявлений. Кувейтская «Араб Таймс» со ссылкой на статью Халиля Али Хайдара в газете «Аль-Ватан» цитирует его слова: «Имад Мугния, недавно убитый в результате взрыва автомобиля в Сирии, не имеет никого от Ливана до Кувейта и от Кипра до Аргентины, кто отозвался бы о нем добрым словом... Имад Мугния... терроризировал и убивал мусульман, христиан и евреев... В частности, в Кувейте мы всегда будем помнить двоих мучеников – Абдуллаха Аль-Халиди и Халида Исмаила, убитых Мугнией 5 апреля 1988 года при захвате лайнера кувейтских авиалиний...». Не менее резкие заявления сделал и сам министр внутренних дел Кувейта шейх Халид Ас-Сабах.

Казалось бы, цель достигнута: в суннитском лагере мусульманского мира не только Мугния предстает в качестве одного из самых опасных террористов, но и шиитская партия «Хизбуллах», допустившая такого человека к руководству собственной службой безопасности, выставляется в качестве «врага всех прогрессивных мусульман», «врага людей и человечности независимо от конфессиональной принадлежности». Казалось бы, какие уж тут общемусульманские симпатии – игра стоила свеч.

Однако заявление в кувейтском парламенте представителя шиитов Аднана Абдуллы Самада не заставило себя ждать. Он сказал, что «Имад Мугния был героем всех арабов – шиитов и суннитов». По сообщению кувейтской газеты «Ар-Рай», по всей стране прошли митинги с призывами: «Хватит делить общество на шиитов и суннитов», «Хватит клеветать на нашего мученика (имея в виду Мугнию)», и т.д. То есть, на примере Кувейта (страны, в наибольшей степени «задетой» деятельностью Мугнии в связи с подозрениями в его причастности к теракту на местных авиалиниях) мы видим, что даже здесь достигнутый эффект получился диаметрально противоположным ожиданиям.

Если вообще допустить, что какие-то ожидания имели место, а Штаты не «плыли по течению», будучи, с одной стороны, верными своему внешнеполитическому пропагандистскому курсу, а, с другой стороны, не имея четкого сценария развития событий на Ближнем Востоке и плана собственных действий применительно к обстановке. Действительно, ожидать глобальной перемены общественного мнения в регионе под влиянием газетной утки – не менее наивно, чем рассчитывать на то, что у иранского руководства неожиданно сдадут нервы.

Таким образом, ни первый, ни второй сценарии не дают нам ответа на вопрос, насколько происшедшее выгодно Соединенным Штатам, а насколько – в убыток. Даже если рассматривать более узкий дискурс дестабилизации обстановки в самом Ливане, очевидно, что дело об убийстве премьера Рафика Харири представляется вполне достаточным для достижения этой цели. Это косвенно доказывает и тот факт, что из четырех дел убитых ливанских президентов и премьеров (Башира Жмайеля, Рашида Карамы, Рене Муавада и Рафика Харири) только дело Харири было направлено на рассмотрение Совета Безопасности ООН. Делая основную ставку на раскол в обществе вокруг смерти Харири, Америка вряд ли станет «размениваться» на инциденты, подобные убийству Мугнии – в особенности после прошедшей в прессе информации, основанной на заявлениях самого шейха Хасана Насраллы, о многочисленных неудачных попытках покушения на него.

Ликвидация Насраллы – политической фигуры как минимум одного уровня с Харири – несомненно, раскачала бы политический маятник в другую сторону, и далеко идущие последствия такого шага было бы трудно предсказать. Однако, смерть Мугнии именно в это время и в этом месте явилась бы свидетельством того, что Америка расписывается в собственном поражении, в беспомощности в осуществлении замыслов по нейтрализации лидера «Хизбуллах», ограничившись «фигурой номер два» в партии. Итак, следуя шаг за шагом методом исключения, мы приходим к единственно возможному выводу: убийство Мугнии не было и не могло быть совершено в интересах какой-либо из сверхдержав, имеющих в регионе глобальные имперские амбиции. Сам собой напрашивается единственный ответ.

3. Израиль. Это государство остается единственным в регионе, питающим к лидерам «Хизбуллах» чувство кровной мести. Еще совсем недавно израильские политические круги (кто – с печалью, а кто – и с нескрываемым злорадством) вынуждены были признать, что в результате бездарно проведенной кампании июля-августа 2006 года правительство Эхуда Ольмерта сильно потеряло в рейтинге. Все разговоры о том, что «израильская армия если и не выиграла войну, то, по крайней мере, не проиграла» звучат не более чем жалкое оправдание на фоне массовых настроений отчаяния и неуверенности, как в 1956 или 1973 году.

Однако, если в результате Шестидневной войны израильтяне оказались лишены возможности победоносным блицкригом вторгнуться в Каир под давлением международного сообщества (в немалой степени – СССР и США), то в 2006-ом армия, казавшаяся непобедимой, была остановлена исключительно силами партизан «Хизбуллах», не только без участия сверхдержав, но и в обстановке предательского молчания мусульманского мира. Собравшиеся на конференцию в Куала-Лумпуре представители ОИК не смогли выработать по «ливанскому вопросу» ни одного протокола, ни единой резолюции. И все же результатом стал невиданный позор израильской армии.

Последнюю каплю добавило заявление шейха Насраллы, сделанное во время траурного митинга Ашура в начале этого года в Бейруте. Лидер «Хизбуллах» пообещал продемонстрировать останки убитых израильских солдат, чьи тела были брошены сослуживцами во время бегства с поля боя, хотя до сих пор израильтяне похвалялись тем, что никогда не оставляют тела своих убитых врагу. Далее сидеть сложа руки для правительства Ольмерта означало лишь открытую капитуляцию перед лицом радикальных сионистов «Ликуда», лидер которых бывший премьер Нетаньяху открыто обещал «свалить нефункционирующее правительство Ольмерта», не оправдавшее доверия (вопрос о вотуме недоверия ставился в кнессете 7 мая 2007 года, но не был ратифицирован). Срочный «громкий шаг», отчаянно необходимый для укрепления пошатнувшихся позиций лагеря «Кадимы», не заставил себя ждать – по крайней мере, сегодня израильские военное и разведывательные ведомства могут отчитаться перед народом, что недаром едят хлеб налогоплательщиков.

Хотя официально отрицается всяческая причастность израильских спецслужб к варварскому убийству в Дамаске, подсознательно рядовым израильтянам дают понять: у нас длинные руки, можете спать спокойно. По крайней мере, таковы иллюзии, которые искренне питает сегодняшнее израильское руководство. Мыслить категориями сегодняшнего дня для него – в порядке вещей, ведь сама зыбкая политическая почва, на которой было взращено сионистское образование, не позволяет выстраивать замыслы в долгосрочной перспективе.

Однако время не обратишь вспять, и день, когда посеявший ветер пожнет бурю – неотвратим. Месть мусульманского мира в «третьих странах» уже началась – но не в форме терактов, которых так не хватает американцам и израильтянам как повода для новой войны. Месть мусульманского мира – ни что иное, как отражение замысла Всевышнего Аллаха, сплотившего симпатии всего цивилизованного мирового сообщества на стороне противников сионистской агрессии.

Абдулкарим Тарас ЧЕРНИЕНКО

28.02.2008

Ссылки по теме:

21-02-08 Духовные лидеры ливанских суннитов, шиитов и друзов совместно выступят за запрещение кровопролития

Противоречия глобализации, «большой» Ближний Восток и ливанская война

08-01-08 Лига арабских государств представила план по преодолению политического кризиса в Ливане

15-01-08 Выборы президента в Ливане перенесены в 12-ый раз. Генсек ЛАГ вновь отправится в страну

18-01-08 Сергей Лавров: Урегулирование на Ближнем Востоке должно захватывать сирийский и ливанский треки

28-01-08 Решение по урегулированию внутриполитического кризиса в Ливане должно быть «согласованным» — генсек ЛАГ

13-02-08 Похороны Имада Мугнии состоятся в шиитском пригороде Бейрута в четверг

Вы можете поместить ссылку на этот материал в свой блог, скопировав код ниже:

Для блога/форума/сайта:

< Код для вставки

Просмотр


Прямая ссылка на материал:
<a href="http://www.islamrf.ru/news/world/w-opinions/1785/">ISLAMRF.RU: Убийство Мугнии и израильский след</a>